AFX.RU

Сайт Влада Элбакяна

Реконструкция локальной флоры и фауны и их эволюции

1.6.4.  РЕКОНСТРУКЦИЯ ЛОКАЛЬНОЙ ФЛОРЫ И ФАУНЫ И ИХ ЭВОЛЮЦИИ

 

Среднеэоценовое местонахождение фоссилий Гайзельталь южнее Галле-на-Заале за последние 50 лет дало более 50 тыс. остатков крупных ископаемых более 200 видов разнообразнейших групп животных, а также около 150 точек отбора палеозоологических и палеоботанического материала. Этот ископаемый материал позволяет уже сейчас сделать обоснованные палеонтологические, палеоэкологические и седиментологические (седиментология — наука о происхождении, образовании и преобразовании осадочных пород) заключения об ископаемых биотопах, их биоценозах и растительных сообществах, а также о геологических процессах, которые привели к образованию различных типов местонахождений. Эти находки служат решению проблем, непосредственно связанных с историей Земли и развитием жизни, и дают материал для детальных реконструкций животного и растительного мира раннетретичной эпохи (примерно 50 млн. лет назад).

 

 

Палеозоологические остатки (беспозвоночные и позвоночные животные) в эоценовых бурых углях Гайзельталя распространены неравномерно, связаны с ограниченными областями (районы притока вод бывших болотных областей) и приурочены к пластам с повышенным содержанием известняка. Это позволяет распределить местонахождения по определенным генетическим и палеоэкологическим типам: обвальные (завалы или диагенетические запруды), поля трупов (область сноса ливневых вод) и течение ручьев (воздействие содержащих известь консервирующих вод на болотных низменностях).

Предпосылкой для реконструкции взаимоотношений ископаемых биотопов в точках отбора и одновременно реконструкции всей картины болотного ландшафта Гайзельталя являются отлично сохранившиеся ориктоценозы (ископаемые сообщества смерти и захоронения) животных и растительных остатков. Так была создана схематическая картина жизни (рис. 1.20, приложение 2), отражающая специфику условий ландшафта в районе местонахождения обвального типа и течения ручья, а также их ближайших окрестностей.

Соответственно широкая болотистая низменность на участке в 3000—4000 м от Гайзельталя с севера на юг в направлении внешней части подразделяется на пять флористических биотопных зон с соответствующим животным населением.

Зона I охватывает область мелких озер и запруд, поперечник которых не превышал 8—10 м. Закарстованность местности и неравномерное распределение провалов приводили к неравномерному распределениюторфа на дне озера и вследствие этого привели к неравномерному распространению зоны. Наполненные водой впадины использовались животными для водопоя и были местами их массовой гибели и образования сообществ смерти и захоронения.

Прибрежные зоны поверхностных слоев воды этих прудов были богаты кислородом и хорошо аэрировались. На дне, наоборот, испытывался недостаток кислорода вследствие разложения и гниения затопленных трупов животных и слабых или полностью отсутствовавших течений воды. На дне озер образовывались амфисапропелиты. В горном деле они именуются картонными углями; литологически это слоистые угли (дизодил). В этих анаэробных условиях в остатках листьев покрытосеменных сохраняется хлорофилл, как, например, у Apocynophyllum(Apocynacea). В этих отложениях захоронены главным образом сообщества ископаемых позвоночных самой различной систематической принадлежности (лофиодонты, палеогиппиды, крокодилы, черепахи и др.).

Примыкающее к береговой зоне кольцо отмелей образует пояс озерно-болотных Acrostychum, принадлежащий к зоне II. Здесь в составе растительности господствовал Acrostychumaureum, болотные папоротники, среди которых жили Myricaceaи Restionacea. Повышенная карбонатность и загипсованность вод приводили к накоплению около источников известковых туфов, содержащих стебли обитавших на илах растений, многочисленные интускрустированные и инкрустированные остатки организмов, и в частности остракод, гастропод и диатомей.

Окрестности озер (зоны III и IV) были покрыты кустарниковой и древесной растительностью с разнообразными хвойными и широколистными растениями. В частности здесь были распространены заросли Мамонтова дерева (табл. 13 и 14, рис. 23 и 24) с доминирующей Athrotaxis (Sequoia),а также кустарниковые и лесные болота. Обе зоны пересекались меандрирующей водной системой, болотистые берега которой образовывали настоящие ловушки для накопления фоссилий млекопитающих (лофиодонты, палеогиппусы). В дождливые сезоны во время высокой воды примыкающие низменные осушаемые участки временно затапливаемых областей становились полями накопления трупов, характеризующимися большим видовым разнообразием. Большинство растительных остатков здесь составляли представители Myricacea, Fagacea, Lauracea, Myrtacea.

На юге низменная область гайзельтальских болот была ограничена приподнятой, сложенной триасовым раковинным известняком равниной, склон которой падал к северу и северо-востоку. Возвышенность была в известной мере закарстована. Постепенное химическое выветривание обусловило приток нейтрализирующих и консервирующих известковых вод, благоприятствовавших фоссилизации остатков. Северная окраина Гайзельтальского бассейна была образована приподнятой, сложенной пестроцветным песчаником равниной, на которой развивался (предположительно) кустарниково-степной ландшафт.

Как показывает анализ фоссилий из ориктоценозов различных горизонтов, эти биотопические зоны были населены тремя экологическими группами организмов.

  1. Организмы постоянной водной среды, населявшие озера, запруды, русла ручьев. К ним относятся обитатели зон I—III; пресноводные улитки  (Australorbis),болотные и речные черепахи (Trionyx), хищные и иловые рыбы (Amiidae).
  2. Земноводные организмы, проводящие часть времени в водной среде озер, ручьев, а частично на берегах (зоны II и III). Они представлены лягушками, саламандрами, различными черепахами, крокодилами.
  3. Обитатели суши, лишь условно связанные с водоемами, которые используются ими для водопоя. Заболоченные местности нередко оказывались для них роковыми — они либо сваливались в болото, либо увязали в трясине и гибли (зоны II, III, IV и V). Этот животный мир состоял из насекомых, птиц, змей, ящериц, а также наиболее обильных и разнообразных млекопитающих различной систематической принадлежности.

Карпологический анализ плодов и семян позволяет предположить существование в среднем эоцене в районе Гайзельталя теплого субтропического в общем безморозного климата с сухой зимой продолжительностью по меньшей мере 2 месяца и с одним сухим сезоном. Остатки животных не противоречат этим данным и указывают на более влажный и более теплый климат Гайзельталя (остатки крокодилов), чем современный. Общий характер этих вторичных лесов был близок к современным сосново-пальмово-лаврово-дубовым лесам Малайзии, Индии, южного Китая. С современными осушаемыми сосновыми лесами Антильских островов и Флориды, а также с болотными лесами Атлантического побережья Северной Америки флористические связи весьма незначительны. Леса Гайзельталя сопоставимы также с формацией Каэтано на Кубе, где существовали светлые с пышной травянистой растительностью саванноподобные леса, произраставшие на очень кислых непостоянно-влажных торфах (любезное сообщение Д. Май, Берлин).

На немногочисленных примерах местонахождения Гайзельталь лишний раз видна важность палеоэкологических обобщений, выполненных на основе метода актуализма и всестороннего анализа ископаемого материала. Анализ всего комплекса материалов позволил на базе лишь одного местонахождения раскрыть картину не только самих ориктоценозов, но и самой жизни сообществ, населявших этот район, восстановить древние ландшафты. Тем не менее эта картина нуждается в дальнейшей детализации и уточнении на базе комплексных исследований, как и сами методы еще требуют совершенствования для расширения их возможностей.

Добавить комментарий

Минимальная длинна комментария 10 символов!


Защитный код
Обновить

Случайное Фото

Реклама