AFX.RU

Сайт Влада Элбакяна

Ночная пробежка

Ночная пробежкаТекст (назвать повестью как то неловко, не тянет на мой взгляд) написан очень давно, в 95 я сидел зимой в темной и холодной квартире в Тбилиси. Делать было нечего, я играл на флейте в темноте и писал. Писал при свечах, как стародавние времена. Потом я этот текст правил, уже в Москве, но правка пропала при очередном краше винчестера, а сейчас и переписывать лень :) Так что принимайте как есть.

 

 

Келлар допил стоящее перед ним вино, положил на стол несколько монет и тяжело встал. Пора было ехать, до замка Эльгер было еще несколько миль, а уже совсем стемнело. "Ничего, - подумал он. - Сейчас только семь, к десяти точно успею." Выпитое вино приятно согревало его замерзшее за этот зимний день тело и, в не меньшей степени, грело душу, делая его спокойным, умиротворенным и невозмутимым. Сейчас он любил всех и вс± - жирного трактирщика, кривоногий стол, даже сугробы на улице - и те начинали ему нравиться. В конце концов, вовсе там не так уж холодно и противно, и лошадь у него хорошая, и до замка всего каких-то несколько жалких миль, и вообще... Он потянулся к лежащим на лавке дорожному мешку и мечу, ухватился за мешок, забросил его на плечо и стал прилаживать поудобнее лямки, когда его окликнул трактирщик.
      - Сударь! Ваша фляга, как заказывали! - он положил на край стола увесистую деревянную флягу, ловким движением смахнул в карман замызганного фартука лежавшие на столе монеты и, не задерживаясь, поспешил дальше. Фляга была облачена в кожаный чехол с толстым волосяным подбоем, длинный ремень позволял удобно носить ее на плече - как раз то, что и надо для путника в холодный зимний день. Фляга приятно булькнула, и Келлар мечтательно улыбнулся. Горячее красное сладкое вино с пряностями! Нет, все-таки путь до замка будет не таким уж длинным и тоскливым. Ах, какое прекрасное вино, как оно хорошо в холодную погоду!
      Он потянулся к фляге, но тут выпитое им до того, видимо, учуяв близость родственной субстанции, перекатилось где-то внутри большим упругим шаром и мягко, но уверенно толкнуло его в голову. Келлар совершенно не ожидал подобного подвоха и, сделав все-таки неуверенную попытку ухватиться за край стола, с грохотом растянулся на полу. Вокруг громко рассмеялись. Кто-то помог ему подняться и протянул флягу. Келлар улыбнулся - сам виноват, не стоило так резко наклоняться, но какие хорошие, добрые и улыбчивые лица вокруг, и какое вино! Ах, какое вино! Улыбаясь и помахивая рукой в ответ на напутственные пожелания, он направился к выходу. Столы почему-то стали попадаться на его пути чаще, и это его несколько удивило. Помнится, когда он вошел сюда, то без помех дошел до своего столика у стены, так почему же сейчас эти столы загораживают ему весь проход? Впрочем, это его не особенно огорчало, люди вокруг были все так же милы и улыбчивы, все выпитое им тяжело и с достоинством плескалось внутри, перекатываясь влево-вправо в такт его шагам, а фляга приятно грела собой бедро. Ах, какое все таки вино!
      Он распахнул скрипучую дверь, придерживаясь рукой за стену, прошел по полутемному коридорчику и, слегка споткнувшись о порог, вышел на крыльцо.
      Свежий морозный воздух приятно охладил его разгоряченное лицо и кольнул сотнями тонких игл кожу на груди. Келлар огляделся. Воздух был чист и прозрачен. Возвышающийся неподалеку горный хребет был виден в мельчайших деталях, казалось, до него рукой подать. Мягкий свет полной луны придавал ему ощущение какой-то загадочности и нереальности. Как-то сразу вспомнились легенды о гигантских, окаменевших ныне, драконах, некогда наводивших ужас на все живое. Или о могучих горных великанах, титанах, лепивших в неведомые предначальные эпохи этот мир своими могучими руками, а теперь спящих в ожидании последних его дней, чтобы снова все разрушить. Впрочем, если честно, больше всего эти заснеженные вершины напомнили Келлару кем-то старательно облизанные сахарные головы, но думать о великанах и драконах было намного интереснее и романтичнее, а сахар... Ну что сахар? Его и в трактире полно! Вот драко-он!... Решив так, Келлар решительно отмел все сахарные ассоциации и, нахмурившись, неодобрительно поглядел на звезды. Звезды были огромными. Даже при полной луне они были огромными. Они были слишком огромными! Казалось, они висят так низко, что невольно захотелось втянуть голову поглубже в плечи. И Келлар почти что так и поступил. Но вовремя спохватился и, желая продемонстрировать самому себе свою независимость, резко распрямился и, гордо расправив плечи, вскинул голову, готовый бросить им вызов. Раздался громкий стук, чудесная ночь огласилась громкой бранью и стонами, а на его голове быстро выросла большая и болезненная шишка. Впрочем, трактир устоял.
      Неожиданная боль и встряска слегка прояснили его затуманенные алкоголем мозги и отчасти улучшили координацию. Все еще постанывая и прикладывая к тяжелой ране обломок сосульки, Келлар ухитрился, ни разу не поскользнувшись, спуститься по трем обледенелым и чрезвычайно скользким ступенькам, что даже в трезвом состоянии было отнюдь не просто. Однако препятствие было благополучно преодолено, и он, не забывая периодически чертыхаться и проклинать все дверные притолоки на свете, энергично потопал к конюшне.
      Идти по свежему подмерзшему снегу оказалось очень приятно. Скрип-скрип, скрип-скрип, поскрипывал он под ногами, хлоп-хлоп -ласково похлопывала по бедру полная фляга. Пройдя несколько шагов, Келлар отбросил мокрую сосульку, зубами вытянул из фляги затычку и сделал большой глоток. Горячая душистая жидкость прокатилась волной тепла по всему телу, сразу вспомнилась умиротворенная атмосфера трактира. Как оказалось, целебный эффект напитка был намного выше, чем у холодной сосульки. Шишка на голове тут же существенно уменьшилась, звезды робко увеличились, а горы опять превратились в задремавшего дракона. Очень довольный таким открытием, Келлар стал, сначала тихонько, а потом все громче и громче, напевать на ходу.
      Скрип-скрип, скрип-скрип, пройдя еще немного, Келлар резко остановился. Он вдруг вспомнил, что его просили забрать письмо от старого историка Тондара, жившего в этом городке, для лорда Хелеса в замок. Идти и забирать письмо было лень, намного интереснее было бы еще полечить все еще побаливающую шишку, но обещание-то уже было дано. "Эх, - вздохнул Келлар. - Ладно уж. Не стоит расстраивать старика. В конце концов, время еще есть, лишних полчаса - час ничего не изменят," - и, решив так, со вздохом развернулся обратно. Дом Тондара ему показали еще засветло, поэтому он, не колеблясь, направился в нужную сторону. Он прошел по своим же следам по скрипучему снегу мимо трактира, отчаянно балансируя руками и оскальзываясь, спустился по крутому склону, на котором дети накатали скользкую ледяную дорожку, и вскоре подошел к нужному дому.
      Дом был большой и старый и очень серьезный. Он, как и все старые дома в городе, скорее напоминал укрепленный пункт, нежели место обитания людей. "Прямо форт, не иначе!" - фыркнул Келлар. Первый этаж был практически без окон, несколько узких проемов в массивной каменной кладке скорее являлись бойницами, нежели средством освещения. Затем гладкие, с тщательно замазанными щелями между камнями, стены вздымались на несколько метров и уже там широко распахивали многочисленные окна. Однако и к ним подобраться было весьма проблематично - ни карнизов, ни каких бы то ни было выступающих украшений Келлар не заметил. Кроме того, каждое окно плотно закрывалось массивными, потемневшими от солнца и дождей, дубовыми ставнями, в которых имелись узкие прорези -может, для наблюдения, а может, и для метких лучников - кто знает? Все это, вместе взятое, наводило на мысль о бурном прошлом этого столь неприметного на первый взгляд городка, хотя, конечно, более новые постройки уже ничем не отличались от точно таких же жилищ во множестве городов и поселений, которые ему довелось посетить. "Странно, - он осторожно потрогал мокрые волосы вокруг шишки. - Почему они не построили крепостную стену вокруг города? Если уж на них так часто нападали враги, то это было бы и проще и логичнее, нежели превращать каждый отдельный дом в маленькую крепость." Он попытался спеть нечто похожее на гимн крепостным стенам, но в горле некстати запершило, и пришлось срочно приложиться к фляге.
      Дверь была под стать дому. Массивная, укрепленная на трех больших железных петлях и вся окованная толстыми железными полосами, она с легкостью могла бы выдержать удар тарана. "Ого! -Келлар заткнул флягу и попинал дверь ногой. - Серьезные люди тут живут." В доме было тихо, и он пнул еще, потом, углядев висящую рядом колотушку, постучал еще и ею.
      Открывший дверь бородатый человек сумрачно и весьма неодобрительно поглядел на него и грозно поинтересовался - чего надо? Узнав о цели визита, он угрюмо буркнул нечто невразумительное себе в бороду и со вздохом кивнул головой, приглашая войти. Впрочем, Келлару, все еще находящемуся под действием животворного напитка, подобные мелочи были совершенно безразличны - ему было хорошо, а все остальное не имело значения. Он решительно протопал за своим провожатым по узкому коридору, миновал еще одну, не менее внушительную, чем входная, дверь, поднялся по винтовой лестнице на второй этаж и вошел в небольшую жарко натопленную комнату, где за огромным столом, заваленным пыльными фолиантами, гордо восседал сухонький старичок.
      - Мастер Тондар. Вот тот человек, - пробасил бородатый слуга и, пропустив вперед Келлара, аккуратно прикрыл за ним дверь.
      Старичок оторвался от своих бумаг, отложил в сторону лежавший на коленях шерстяной плед и с радостной улыбкой пошел навстречу Келлару.
      - А, молодой человек! Так это вы едете к лорду Хелесу в Эльгер, не так ли? Оч-чень хорошо! Тогда я передам с вами некоторые бумаги для лорда, которые я разыскал для него в архивах, да? Надеюсь, вас не затруднит прихватить завтра с собой несколько свитков? Их совсем немного, вот они лежат в мешочке на столе, вас ожидают! - старичок радостно потер сухонькие ладошки и кивнул в сторону стола.
      - Зачем же завтра? - Келлар слегка покачнулся и расплылся в широкой улыбке. - Я собираюсь выехать немедленно и успею доставить их еще сегодня. Я практически налегке, так что прихватить ваш мешочек для меня не составит никакого труда.
      - Как?! Вы собираетесь ехать сейчас? Ночью?!
      - Ну да. А что? Чего ради мне задерживаться в городе на ночь, если еще не поздно, а до замка практически рукой подать?
      - Но у нас не принято ездить по ночам! - старичок внезапно заволновался. - Это опасно, очень опасно - оказаться с наступлением вечера в горных лесах! Многие, очень многие, не вернулись оттуда. Вы уж поверьте мне - не стоит этого делать!
      Келлар насторожился и невольно нахмурился. Даже перестал плавно покачиваться.
      - У вас тут что, разбойники? В трактире мне ничего не сказали.
      - Нет, нет, никаких разбойников тут нет, - старичок состроил презрительную гримасу. - Какие тут разбойники! - он усмехнулся, видимо, подобная мысль его чем-то забавляла. - Но я не советую вам этого делать!
      - Ну, а тогда почему?! Должна же быть какая-то причина? - Келлар недоуменно почесал ухо, постаравшись придать своему лицу благожелательно-вопросительное выражение.
      Старичок страдальчески всплеснул руками и испустил серию хорошо отработанных тяжелых вздохов. Затем схватил Келлара за руку и потащил к стоящим у камина креслам.
      - Как вас зовут? Келлар? Хорошее имя... Присядьте на минуту, дорогой Келлар, вот сюда в это кресло. Да садитесь, садитесь же, - старичок увидев, что Келлар колеблется, потянул его за рукав. - Всего на несколько минут, я вам сейчас же все объясню. Да садитесь же! - с неожиданной для своего тщедушного вида силой он двумя руками впихнул Келлара в кресло и, с шумом переводя дух, плюхнулся напротив. Некоторое время он, восстанавливая дыхание, разглядывал Келлара, осуждающе покачивая при этом головой, затем вдруг наклонился вперед и, указывая на него дрожащим пальцем, начал:
      - Я историк, дорогой Келлар, историк. Вы знаете, что это значит?
      Келлар не знал, что это может значить, разве что смутно догадывался, но на всякий случай энергично кивнул. Старичок удовлетворенно улыбнулся и продолжил:
      - Я уже стар, скоро мне стукнет семьдесят три, и я многое повидал за эти годы. Очень многое... Но еще больше я прочел вот в этих книгах, - он сделал неопределенный взмах рукой в сторону стола и многочисленных книжных шкафов вдоль стен. - В них все, что происходило в этих краях за последние триста, а в некоторых свитках и за большее число лет. И я все это знаю и помню - все войны помню, все победы и поражения, всех лордов, которые этими землями владели. - Старичок с нескрываемой гордостью и любовью оглядел свои бесчисленные манускрипты. - Ведь здесь уже триста лет живут люди... Думаете, это много, да? А вот и нет! Всего триста лет, так было бы правильнее сказать! И это при том, что вокруг все пригодные земли были заселены уже более тысячелетия назад! Разве не странно, а? Такая богатая земля, а никто на ней не жил. И вы знаете почему? Нет? Вот то-то же! - Он торжествующе улыбнулся. - А вот я точно знаю, почему эти земли так долго не могли заселить! И я знаю, и все старики знают и расскажут вам, дорогой Келлар. Это только молодежь ни во что не верит, смеется над нами, стариками, а ведь среди нас еще остались и те, которые, подобно мне, успели застать то время, когда ни один, даже самый смелый и сильный мужчина не отваживался выйти из дому с наступлением темноты. Да! Ни один! Вы только подумайте - ни один! А вы нам не верите! - Он укоризненно вздохнул и покачал головой. -Так поверьте хотя бы летописям, летописи не врут! - неожиданно громко рявкнул историк и нацелил на озадаченного Келлара измазанный в чернилах палец. - Мои предшественники не врали, они писали только то что было, да! - и старичок возмущенно потряс пальцем перед лицом Келлара, в корне пресекая любое возможное несогласие.
      Откровенно говоря, Келлар придерживался собственной точки зрения на правдивость всяких там летописей, но сейчас он был слишком миролюбив и благодушен, чтобы возражать. Пригревшийся в кресле у огня, он начал было потихоньку клевать носом, однако собрался с силами и, вежливо покивав головой в знак согласия, спросил:
      - И во что же мы, молодежь, не верим? Что тут такое страшное есть, чего следует столь опасаться?
      Тондар на мгновение замер, пораженный таким невежеством, затем медленно наклонился вперед, и глядя Келлару прямо в глаза, зловещим голосом прорицателя произнес:
      - Угги! Ужасные ночные охотники - угги! Только их, уггов, следует опасаться! Здесь нет хищников - угги их давно истребили. Здесь нет разбойников - угги не потерпели бы их и дня. Но точно так же они способны уничтожить и любого, кто отважится ночью вступить в их лес!
      - Угги? А кто они такие? Племя такое, что ли?
      - Не-ет. - Тондар досадливо поморщился. - Это вообще не люди, хотя, надо сказать, и очень похожи. Они так же, как и люди, имеют руки и ходят на двух ногах, но это единственное сходство. Во всем остальном - они совсем другие. О-о-о! - воодушевился он. - Это существа большого роста, на голову выше любого, самого высокого человека, обладающие огромной силой и ловкостью. На руках и ногах у них ужасные мощные когти, которыми они могут запросто разорвать пополам взрослого мужчину, - старичок попытался изобразить, как это делается, - или даже пробить доспех. Их клыки разгрызают металл! Их тело покрыто плотными пластинками вперемежку с короткой редкой шерстью. Из-за этих-то напоминающих чешую пластинок угга очень трудно поразить оружием. Стрелы часто вообще просто отскакивают от них, а мечами и копьями очень сложно нанести уггу серьезную рану. Так сложно, что за несколько веков было всего несколько случаев, когда воину удавалось в одиночку победить угга! Представляете?! - историк аж крякнул и округлил глаза от восхищения. - Обычно же каждая победа над уггом оплачивалась многими человеческими жизнями. И хорошо еще, что угги всегда ходят поодиночке, а то трудности борьбы с ними стали бы вообще непреодолимыми! - старичок в запале даже рубанул ладонью воздух и остановился, тяжело дыша и сверкая глазами из глубины кресла.
      Теперь Келлар заинтересовался. Он поудобнее устроился в кресле и приготовился слушать дальше. До сих пор он никогда не слышал о подобных зверях. Даже громадные черные обезьяны, обитающие в джунглях Хилтуджа, судя по словам историка, не шли ни в какое сравнение с этими загадочными уггами. Поэтому он спросил:
      - А что, на них часто устраивают охоты или облавы?
      - На них? На уггов?! - Тондар фыркнул и рассмеялся. - Да нет, это они устраивают охоты на людей! Темными ночами они приходят туда, где живут люди, и убивают всех, кто попадается им на пути. Понимаете ли, дорогой Келлар, эти земли и леса были издавна населены уггами. Это из-за них столько веков люди не могли здесь поселиться. Люди приходили сюда, строили дома, фермы, а потом, в какую нибудь ужасную ночь приходил один, вдумайтесь только - один угг и убивал всех. Угги со своей страшной силой легко ломали любые двери, пробирались в окна и дымоходы - и утром соседи находили только разорванные, изуродованные тела. Никто не мог защититься от них... Они были проклятьем этой земли. - Он вздохнул. - И через некоторое время уцелевшие в ужасе бежали, бросая свое добро и оставляя позади себя непохороненные тела друзей и родственников. Ужас перед уггами был слишком велик и, увы, небезоснователен!
      В камине громко треснуло полено, и пламя унесло в дымоход веселую стайку искр. А Келлару вдруг стало холодно, неприятный морозец прошел по коже, и он зябко поежился.
      - Они что, едят людей? - тихо спросил он.
      - Нет. Они нас ненавидят. Они всегда убивают, но никогда не было случая, чтобы они кого-либо съели. Нигде и никогда не упоминалось об этом, - старик кинул взгляд на свои многочисленные книги. - Но убивают они быстро и беспощадно. И никого не щадят. Ни детей, ни стариков, ни женщин.
      - Но почему же тогда их не уничтожили?!
      - Э-э..., - старик обреченно махнул рукой. - Это не так просто, как может показаться. Видите ли, дорогой Келлар, угги не просто животные, опасные ночные хищники. Угги - полуразумны! Вы ведь, наверно, и сами знаете, как трудно охотникам изловить старого, матерого волка? А теперь представьте, что он еще и разумен! А? - нервно покрутив в руках свиток он отложил его обратно на столик у камина. - А если его еще и не берут стрелы, если он способен обходить любые ловушки, если он видит в темноте? Как тогда? Прибавьте к этому еще и то, что угги не боятся огня. Некоторые старые хронисты даже утверждают, что угги им пользуются. Так что это страшный противник, простым охотникам с ним не справиться. Нередко сами охотники становятся их добычей.
      - Но все-таки мне как-то не верится, что их невозможно поразить стрелами. Стрела может пробить даже кольчугу, неужели их чешуя крепче? - усомнился Келлар.
      - Да нет, конечно же, нет! Просто я не совсем правильно выразился. Конечно, большинство уггов было убито именно стрелами, вот только сколько стрел приходилось для этого в каждого всадить! Э-э-э! - старик с горечью вздохнул и вновь разворошил свитки на столике. - Они ведь еще и живучи... - Он внимательно поглядел на Келлара и, удостоверившись, что тот внимательно слушает, продолжил. - Знаете, дорогой Келлар, эти земли впервые смог заселить лорд Агерд, великий предок нашего нынешнего лорда Хелеса. В 3163 году он пришел сюда во главе большого отряда в три тысячи воинов и после двухмесячной войны, да-да, настоящей войны с уггами сумел оттеснить их в горы. Лорд Агерд сумел обнаружить пещеры в горах, где угги жили и прятались, и у самой большой группы пещер устроил настоящую битву с ними. Его лучники и копейщики смогли окружить более полутора сотен этих чудовищ и перестреляли их прямо у входов в их пещеры. Битва была беспощадной, много людей тогда тоже полегло, да и после еще гибли. По сути это был непрерывный бой в течение многих месяцев. Всего за полгода войску лорда Агерда удалось уничтожить примерно две - две с половиной сотни уггов, но и сам он потерял более 700 бойцов. А сколько было ранено! Сколько покалечено! Это ведь огромные потери. По сути дела половина его войска была выведена из строя. А в войске были одни ветераны, не какие-нибудь молодые или неопытные солдаты. - Он сокрушенно вздохнул. - Однако и угги не смогли оправиться от такого удара, остатки их скрылись в горах, и уже через год здесь появились первые постоянные поселения. Король Хецруонарт, он тогда правил страной, даровал лорду Агерду и всем его потомкам право владения этими землями и даже прислал ему еще почти две тысячи опытных воинов, чтобы он окончательно разделался с этой нелюдью. И вот, в конце мая 3165 года, лорд Агерд во главе нового войска отправился к горам Туалламар, что на северо-востоке отсюда. Давно было замечено, что многие угги уходят в ту сторону, и лорд, по-видимому, надеялся повторить свой подвиг с битвой у Угговых пещер, покончив с ними раз и навсегда одним могучим ударом.
      Историк немного помолчал, переводя дыхание.
      - Войско лорда ушло. Минуло несколько месяцев, люди стали беспокоиться, по следам его отправился отряд. А через 3 недели отряд вернулся с ужасной вестью. Судя по всему, войско лорда, преследуя отходящих уггов, последовало за ними по узкому ущелью в глубину Туалламарских гор. Поисковый отряд обнаружил неподалеку от входа в ущелье множество останков и людей и уггов, причем люди явно в панике бежали из ущелья. Основная же часть войска и сам лорд Агерд исчезли бесследно. Тогда малочисленный отряд не рискнул углубляться в мрачное, сплошь усеянное разлагающимися останками ущелье, где сгинуло более трех тысяч отборных бойцов, и быстро вернулся обратно. И после этой трагедии никто долго не предпринимал попыток окончательно разделаться с уггами, да и их стало очень мало. Видимо, лорд Агерд все же дал им решающий бой, и хотя погиб сам, но смог уничтожить большинство чудовищ. А тех немногих, что все таки уцелели и забредали в поселения - тех поодиночке уничтожали местные жители. Так прошло более сотни лет, и вот правнук лорда Агерда, лорд Диохорис, с отрядом в восемь сотен воинов решил все же исследовать это проклятое ущелье. В 3271 году выступил он по следам своего знаменитого предка. - Тондар замолк, широко раскрытыми глазами вглядываясь в огонь, словно читая летопись, потом тихо продолжил. - И повторил его судьбу - ни один из его отряда не вернулся домой. Ну, а после этого уже ни один человек не осмеливался проникнуть в сердце Туалламарских гор, а самих уггов стало так мало, что большие облавы на них потеряли всякий смысл. Жители городов и поселков периодически подвергались нападениям одиночных уггов, но с ними научились достаточно эффективно бороться, и понемногу численность их все сокращалась и сокращалась. Дома стали строить так, чтобы уггу было предельно трудно в них проникнуть, а в каждом поселке теперь дежурил отряд стражников, которые по первой тревоге бросались ловить появившееся чудовище. Конечно, люди все-таки гибли - редко когда за очередного угга не приходилось платить человеческими жизнями, но все же жертв стало намного меньше. Вот так наши предки и жили, ожидая каждую ночь появления страшного врага. Теперь вам понятно, почему тут не принято выходить на улицу с наступлением темноты?
      Келлар слушал его с раззинутым ртом и, когда старик замолчал, невольно вздрогнул от наступившей тишины. Некоторое время оба молчали - Келлар, находясь под впечатлением от рассказа, молча глядел в огонь, а старик отдыхал после длинного повествования. Наконец он поднял взгляд на старого историка и спросил:
      - Но почему сейчас я не заметил каких бы то ни было мер предосторожности? Пока я шел сюда от трактира, мне попалось несколько местных жителей навстречу, даже женщин. Почему они ходят так беззаботно? Неужели им безразлична их собственная жизнь?
      - Вот именно - безразлична! - взорвался старик. - Вы правильно сказали - безразлична! Это все молодежь, дурачье, они совсем не хотят слушать старших. Заявляют, что все это, мол, детские сказки, что угги все давно повымирали, а мы, глупые старики, мол, пугаемся собственной тени. Идиоты безмозглые, бараны! Вот придет угг, тогда они узнают, что надобно слушать, что говорят старики, а не отмахиваться от нас, как от назойливых мух! - он разошелся не на шутку, даже вскочил с кресла и стал нервно расхаживать взад и вперед перед камином.
      - Но... Подождите, это что же, значит, угги давно уже не появлялись? - Келлар тоже привстал в кресле.
      - Ну да, - уныло согласился старик. - Последний раз угга видели..., так в 3402-м... сейчас 3456-й, значит 54 года назад. Но это ничего не значит! - Старик сердито сверкнул глазами.
      Келлар мысленно чертыхнулся. Потратить столько времени ради того, чтобы только послушать красивую легенду! Он бы, наверно, уже был бы на полпути к замку. У-у-у!
      - А раньше бывало так, чтобы угги пропадали на столь большой срок? В летописях есть что-то подобное?
      Старик насупился, метнул гневный взгляд на Келлара, но соврать не смог.
      - Нет... Никогда. Более чем на 3-5 лет они никогда не пропадали.
      - Ну вот! А вы говорите! Значит тот угг, ну, 54 года назад, в самом деле был последним. Его убили, и все - больше уггов не осталось. Так что вы победили, угги все уничтожены, - добавил Келлар, видя недовольное лицо старика и желая как-то польстить ему.
      Тот, все так же насупившись, подошел к столу, взял мешочек с бумагами для лорда и резким движением протянул их Келлару.
      - Вот бумаги. Поступайте сами как знаете. Я вас предупредил, - старик был явно недоволен.
      Келлар с вежливой улыбкой принял мешочек. Он понимал обиду старика - три века войны с уггами были его гордостью, смыслом существования, и любое проявление недоверия воспринималось им как личная обида.
      - Спасибо за интересный рассказ, никогда не слышал ничего более удивительного. И я думаю, что после того, как великий труд лорда Агерда столь успешно завершен его потомками, мой путь будет совершенно безопасным.
      Черты старика несколько смягчились, но лицо сохранило мрачную суровость. Он взял со стола серебряный колокольчик и позвонил.
      - Гун! Принеси гостю выпить горячего вина перед дорогой, - распорядился он появившемуся бородатому слуге. - Ночь сегодня холодная.
      Келлар не стал отказываться от поднесенного кубка и выпил его залпом. Вино было иного сорта, нежели в трактире, однако тоже совершенно восхитительное. "Хорошие тут виноградники!" - подумалось ему, даже стало немного завидно тем людям, которые живут здесь постоянно. И реакция на выпитое оказалось столь же благотворной, как и от вина в трактире. Келлару захотелось как то загладить свою вину перед стариком, и, уже стоя в дверях, он попробовал оправдаться.
      - Ну... Вы же сами говорите, что угги никогда не пропадали более чем на пару лет... Думаю что их действительно больше нет... они бы обязательно проявились... при такой-то свирепости и ненависти к людям... Убитый 54 года назад явно был последним... - Келлар понял, что говорит не то, и смущенно замолк.
      - Идите, идите, - махнул рукой историк. - Поздно уже. Не стоит рисковать.
      - Но ведь последний угг убит пять...
      - Счастливого пути, - прервал его старик и чуть погодя негромко, как бы про себя, добавил: - Никто не знает - был он убит или нет. Он был весь истыкан стрелами, словно дикобраз колючками, но смог уйти в лес, и его не нашли... Может,и умер от многих ран... А может и нет. - Он вздохнул, и в голосе его прозвучала горечь. - Кто теперь узнает? Желаю вам удачи, прощайте.

      Келлар задержался в коридоре, запихивая переданные ему бумаги в свой дорожный мешок. Бородатый слуга по имени Гун, державший в руках светильник, заметив, как Келлар пожал плечами, ухмыльнулся в свою густую бороду и сказал:
      - Мастер Тондар хороший человек, но до сих пор верит в уггов. И всех пытается убедить в их существовании, - он снисходительно хмыкнул.
      - А ты что же, в них не веришь? - поинтересовался Келлар.
      - Нет, почему же, господин, верю. Я верю, что они были, но сейчас-то их всех перебили. Вот во что я верю. И как бы я мог в них не верить, если моего собственного прадеда разорвал один из последних уггов?! Хотя есть и такие, среди самых молодых, которые не хотят верить и в это. - Он снова усмехнулся, только в этот раз усмешка получилась недобрая. И Келлару вдруг стало жаль эту неверующую молодежь. Гун явно выглядел человеком серьезным, и кулаки у него были внушительные, такой мог убедить кого угодно.
      - Да... Ну ладно, я пойду. Мне еще не близко ехать.
      - Хорошо, господин. Я посвечу вам и закрою дверь.
      Они вместе вышли на низенькое крыльцо. Келлар поднял взгляд и вновь замер, очарованный чудесной зимней ночью, а Гун, недовольно оглядев заснеженные обледенелые ступени, мрачно буркнул:
      - Пойду возьму лопату, почищу тут. А то еще расшибется кто.

      Келлар, загипнотизированный мягким звездным светом, только молча кивнул, потом ощупью нашел на боку полную флягу и сделал пару больших глотков. "Пожалуй, вино из трактира мне все же нравится больше", - подумалось ему. Он постоял еще, наслаждаясь ночью и внутренним теплом, потом поглядел на горы, над которыми ярко сияла полная луна, довольно вздохнул и шагнул на первую ступеньку.
      Темный силуэт, внезапно выросший перед ним, его не удивил. Новая порция горячего напитка вновь усилила все его лучшие дружеские и братские чувства, и потому Келлар, порывшись в кармане, выудил оттуда серебряную монету и протянул ее со словами:
      - На, Гун, возьми. Выпей за мое здоровье, и за эти звезды, и за эти горы, за все. У вас тут чудесные места, и вино просто прекрасное. Бери, тут хватит, - он ласково, как ребенку, улыбнулся стоящему перед ним и вновь протянул монету. Темный силуэт не шелохнулся, только смущенно засопел, разглядывая снег под ногами. Келлар улыбнулся шире и снова протянул монету:
      - Да бери же! Не стесняйся! Что ты, в самом деле?
      Тот, тяжело вздохнув, неторопливо поднял голову и поглядел Келлару прямо в глаза. Глаза оказались совершенно необычные - круглые, они словно пылали изнутри отблесками далекого огня, а узкие вертикальные зрачки своим ярким блеском напоминали язычки пламени свечей. Заинтригованный столь необычными глазами Гуна, Келлар сделал шаг вперед, чтобы разглядеть их поближе, в доме он как-то не обратил на них внимания, но поскользнулся и тяжело грохнулся с лестницы. Звякнула о ступеньку отлетевшая в снег монета. И в тот же миг стоящая перед ним тень прыгнула. Падение и прыжок совпали по времени, красноглазый нападавший промахнулся и, пролетев над Келларом, с грохотом врезался в торец распахнутой двери. И тут ошеломленный Келлар при бледном серебристом свете луны наконец-то смог его разглядеть. Могучие руки с тускло блеснувшими когтями, оскаленная клыкастая пасть, пылающие диким огнем глаза, чешуйчатое тело с редкими волосами - УГГ!! У Келлара вдруг перехватило дыхание, сердце куда-то пропало и его биение едва ощущалось из страшной холодной дали, руки и ноги застыли и потеряли чувствительность, а взгляд оцепенел и был не в силах оторваться от ужасного чудовища. Это было действительно чудовище, и его человекоподобие делало его только еще кошмарнее.
      Парализованный страхом и неожиданностью, Келлар расширившимися глазами смотрел, как взбешенный промашкой угг испустил яростный вопль и одним ударом когтистой лапы наполовину вырвал оковывающую дверь металлическую полосу. Сила была потрясающая - толстое железо лопнуло под ударом, словно тонкая струна, только щепки брызнули во все стороны. А разозленный угг уже молниеносно развернулся и, пригнувшись, вглядывался в беспомощную жертву своими пылающими глазами, готовясь к повторному броску. Келлар, парализованный страхом, был совершенно не в силах что-либо сделать, только лежал и смотрел. Но тут в глубине коридорчика скрипнула вторая дверь, раздалось недовольное ворчание Гуна и звяканье о каменный пол лопаты. Угг настороженно замер, затем гибко, совсем по кошачьи, развернулся на звук и вдруг стремительно бросился вовнутрь. Келлару не было видно происходящего в коридорчике - он услышал только испуганный вопль Гуна, звон упавшей лопаты, какой-то шум, еще один отчаянный, полный ужаса и боли крик, а затем грохот захлопнувшейся двери и лязг засова. Одновременно с грохотом из коридорчика вылетел какой-то предмет и упал в снег неподалеку от него. Келлар слегка приподнялся, поглядел и, едва сдержав собственный крик ужаса, вскочил и пулей помчался в сторону трактира. На снегу лежала оторванная по локоть и еще сочащаяся кровью рука бородатого слуги старого историка.
      Келлар мчался изо всех сил. Угг, немного замешкавшийся в коридорчике, убедившись в невозможности открыть дверь, повернулся и бросился вдогонку за своей первой жертвой. Оглянувшийся на бегу Келлар увидел, как тот, пригнувшись и шумно принюхиваясь, выскочил на улицу и, разглядев свою убегающую добычу, огромными прыжками помчался следом. При этом он испустил ужасающий утробный рык, от одного звука которого у Келлара стали заплетаться ноги, а на спине выступил холодный липкий пот.
      Келлар еще прибавил, хотя легкие у него уже и так пылали огнем, а сердце было готово лопнуть от напряжения. Из последних сил он вскарабкался на крутой склон, ведущий к трактиру, но тут ноги не выдержали, колени подогнулись. и он, едва успев вытянуть вперед руки, рухнул лицом в снег. Задыхаясь, он кое-как привстал на четвереньки и обернулся назад. Угг как раз добежал до начала подъема, одним могучим прыжком преодолел не менее трети его длины и, почти не замедляясь, помчался вверх. Испуг и вид приближающегося монстра придал Келлару новые силы, он снова вскочил, готовясь удирать дальше. Но тут ему повезло - нога угга попала на накатанную детьми ледяную дорожку, и тот, взмахнув когтистыми лапами и громко взвыв от ярости, покатился обратно вниз. Дорожка была скользкая и длинная, так что уггу не удалось остановиться до самого ее конца, и он, рыча и беспомощно вращаясь, стремительно скатился до большого сугроба у стены дома, где и застрял.
      Зрелище беспомощно катящегося вниз чудовища было настолько комичным, что Келлар невольно расхохотался. Правда, смех получился нервным и каким-то сдавленным, но зато вернул Келлару присутствие духа и способность действовать. В его памяти всплыли слова Тондара о том, что некоторым воинам удавалось справиться с уггом в одиночку. Сам Келлар был высокого мнения о своем воинском умении, поэтому он гордо распрямился, покрепче упер ноги в снег, в основном, чтобы унять неприятную дрожь в коленях, и стал оценивать свою стратегическую позицию. Угг только-только выбирался из большого сугроба и находился далеко внизу. Сам Келлар стоял на краю крутого спуска, причем весьма скользкого. "Этому чешуйчатому ублюдку придется атаковать меня снизу, стоя на скользком склоне. Думаю, пара точных ударов мечом по голове надолго его успокоят. Да что там пара - одного хватит!" С этими мыслями Келлар кровожадно усмехнулся и, глядя на вновь начавшего карабкаться вверх по склону угга, потянулся к мечу. Рука коснулась холодной кожи ремня, скользнула по нему дальше, но рукояти не обнаружила. Все еще не отрывая взгляда от приближающегося противника, Келлар попробовал нащупать ножны другой рукой, но снова ничего не нашел. "Ччерт! Куда эти проклятые ножны съехали!" - удивился он, хлопая себя по поясу сзади. Но и там ничего не было. Холодея от неприятного предчувствия, он быстро оглядел себя - меча не было. "Проклятье! Да я его в трактире забыл! Как же я мог... А-а-а!" Голова угга показалась над краем, и Келлар, мгновенно утративший весь свой воинственный пыл, галопом помчался прочь. Угг снова поскользнулся, но на этот раз успел ухватиться за край и удержался наверху. Келлар слышал за своей спиной его торжествующее рычание и приближающийся топот и, подстегиваемый страхом, все прибавлял и прибавлял скорость. "Только бы добежать до конюшни! Моего коня ему не догнать... Ух-ух-ух..." - пыхтел Келлар - "Наверное..." Мешок страшно мешал ему, он прыгал и раскачивался на спине, а фляга безбожно колотила по бедру. Чуть замедлившись, Келлар сумел все-таки скинуть мешок, но, попытавшись снять флягу, увидел заметно приблизившегося угга и тут же, забыв про все на свете, припустил с удвоенной скоростью.
      Более не оглядываясь, он на полной скорости обогнул слева угол дома и уже пробежал половину оставшегося до конюшни расстояния, когда вдруг навстречу ему из-за противоположного угла выскочила знакомая тень. Сверкнули красные глаза, грозный рык прокатился между постройками, и угг ринулся ему навстречу. Келлар на полном ходу ухитрился развернуться и, наклонившись почти до земли, проскальзывая ногами по снегу и загребая его руками, побежал обратно. Он кубарем скатился с какого-то склона, врезался в стену и метнулся вдоль по улице к ближайшей двери. Дверь оказалась запертой. Покричать или постучать Келлар уже не успел, угг в ту же секунду вылетел из-за угла дома, и ему пришлось броситься бежать дальше. Он завернул за один дом, за другой в отчаянной надежде оторваться от преследователя, но тот все так же держался всего лишь в считанных метрах позади него. И тут из-за угла ближнего дома спокойно и неторопливо выехал полноватый горожанин на старой костлявой кляче. Келлар истошно завопил и замахал на бегу руками, чтобы привлечь его внимание и предупредить об опасности, но тот, явно не понимая или не желая понимать, только повернулся в его сторону и вытянул шею, пытаясь разглядеть - что же там происходит? Кляча оказалась намного сообразительней хозяина - учуяв или разглядев, несущееся в ее сторону красноглазое чудовище, она, испуганно всхрапнув, взбрыкнула ногами и пустилась вскачь. Толстый хозяин, не ожидавший подобного маневра, судорожно вцепился в конскую гриву, но не удержался и с отчаянным воплем перелетел через невысокую ограду какого-то дома, вдоль которой в тот момент скакала лошадь. Келлар, не задерживаясь, свернул на ту же улочку, по которой умчалась лошадь, и, пробегая мимо ограды, успел расслышать громкие стоны, перемежаемые ругательствами. Угг, добежав до того же места немного замешкался - перелезть через ограду или догонять первую добычу? Первая добыча, забегающая в это время за угол очередного дома, перевесила, и угг снова бросился в погоню. Однако его секундное колебание дало Келлару необходимую фору, и он сумел несколько удлинить разделяющую их дистанцию. И, выскочив на очередную улочку, он вдруг увидел старую клячу, с олимпийским спокойствием обнюхивающую большой сугроб. Он остановился шагах в пяти от лошади и некоторое время обессилено стоял, упершись ладонями в колени и с шумом переводя дыхание. Затем с трудом распрямился и, кинув быстрый взгляд через плечо, осторожно двинулся вперед. Лошадь перестала обнюхивать сугроб, подозрительно покосилась на Келлара и, не сочтя его заслуживающим доверия, отошла на шаг. Мысленно ругнувшись, он, дружелюбно вытянув вперед левую руку с широко раскрытой ладонью, медленно стал продвигаться поближе к лошади. При этом он попытался сказать что-то ласковое и столь любимое лошадьми, что полагается говорить в подобных случаях, но вместо этого издал только хрип сорвавшийся на кашель. Лошадь, возмущенно тряхнув головой, отошла еще на шаг. Келлар, громко сопя от волнения, шагнул еще. Лошадь вновь отступила, постепенно обходя его по кругу. Так они сделали несколько шагов, в результате чего поменялись местами. Келлар уже собирался сделать очередной шаг, примериваясь, как бы ловчее подскочить к лошади, когда она сама внезапно метнулась в его сторону. Он едва успел сдвинуться немного в сторону и все таки ухватиться за седло и гриву, хотя и получил при этом сильный удар в грудь. В глазах на мгновение потемнело, однако он сумел не разжать ладоней и с огромным усилием вполз в седло. И только затем рискнул оглянуться, чтобы увидеть все того же разъяренного угга несущегося за ними следом. Усидеть на скачущей галопом, совершенно обезумевшей от страха лошади оказалось весьма не просто, и Келлар после нескольких безуспешных попыток дотянуться до поводьев решил полностью доверить свою судьбу этой костлявой кляче, побивавшей в этот момент все рекорды скорости. Лошадь вихрем проносилась по улицам, угг, изо всех сил старавшийся не отстать, надрывно хрипел следом, а за их спинами уже били во все колокола, и стражники лихорадочно натягивали на себя давно не ношенные, с пятнышками ржавчины, кольчуги и хватали рассохшиеся пики.
      Лошадь, руководствующаяся своими собственными соображениями, вынесла Келлара за черту города и теперь мчалась по направлению к стоящему на холме неподалеку небольшому то ли дворцу, то ли замку. Келлар знал, что это сооружение являлось резиденцией лорда в тех нередких случаях, когда тому требовалось провести в городе день-другой. И, судя по всему, кто-то из прислуги жил там постоянно, так как многие окна были освещены. Это давало шанс Келлару. "Там наверняка есть стражники, - подумал он. - Они помогут. Или хотя бы можно будет где-то спрятаться. Только бы двери не оказались запертыми!" Он обернулся и поглядел на своего преследователя. Угг, видимо, подуставший в погоне за лошадью, сильно отстал, дыхание его стало хриплым и тяжелым, но он упорно продолжал бежать следом, всем своим видом выражая решимость не упустить добычу. В это время лошадь, не разбирая дороги, начала взбираться на крутой склон холма, и Келлару пришлось судорожно вцепиться в гриву, чтобы не упасть. Бедное животное тоже сильно устало, а тяжелый подъем на холм доконал его окончательно. Уже почти шагом выбравшись наверх, лошадь последним усилием смогла продвинуться еще на несколько метров вперед, покачнулась и, наконец, завалилась на бок. Келлар успел благополучно соскочить с нее и, глянув в сторону угга, быстро помчался к главному входу в замок, до которого оставалось не более сотни метров. Он уже почти добежал до высоких, окованных медью дверей, когда немного левее от главного входа, в стене, открылась небольшая дверка, и из нее, привлеченный шумом и колокольным звоном в городе, выглянул человек. Он был в кафтане расцветок лорда Хелеса, в правой руке у него был зажат сильно коптящий факел, а левой он крепко прижимал к груди недавно откупоренную бутылку. Человек сильно вытянул шею и прищурился, стараясь разглядеть происходящее в городке, и страшно перепугался, когда внезапно на него откуда-то сбоку выскочил громко кричащий и размахивающий руками незнакомец.
      - Там... Гонится... Злющий такой... Угг... Скорее... Спрятаться... Дверь... - задыхаясь, выпалил Келлар, указывая руками то на распахнутую дверь, то в сторону городка.
      - Что? Где? Та-ам? Кто гонится? - слуга явно не мог сообразить, что происходит. Потом, вспомнив о занимаемой им высокой должности сторожа, приосанился и, смерив Келлара подозрительным взглядом, спросил:
      - А ты кто такой?! Что ты здесь ночью делаешь?! А?!! - Сторож принюхался и грозно нахмурился.
      - Да я же... Угг... Там... Гонится... - Келлар никак не мог отдышаться.
      - Что-о? Угг?! Ха-ха-ха! Ты бы еще в трактире посидел - за тобой бы еще и дракон погнался! - рассмеялся сторож. - Тоже придумал! Да их уже сто лет как всех...
      Келлар в отчаянье схватил его за рукав и потянул в замок.
      - Стой! Ты... что?! Пьянь... Ты куда прешь! - сторож попытался огреть Келлара факелом по спине. - Отпусти, мерзавец! Ах ты... Отпусти, тебе говорят!
      Из-за его спины донесся тяжелый топот и шумное дыхание. Сторож на мгновенье обернулся, выпучил от изумления глаза и тут же с истошным воплем рванулся к двери, сбив при этом с ног Келлара и выронив свою бутылку. Келлар тоже громко заорал, отчасти из солидарности, но скорее все же от страха, и, быстро поднявшись, пулей бросился следом. Воодушевленный близостью добычи угг, в свою очередь, радостно заурчал, но наступил на оброненную бутылку, поскользнулся и со всего размаху грохнулся на каменные плиты пола, да так, что на некоторое время напрочь утратил способность не только урчать, но и дышать тоже.
      Келлар, вихрем влетевший во внутреннее помещение, чуть притормозил и огляделся. Он оказался в широком, уходившем далеко влево и вправо коридоре, с высоченным потолком и гладким мраморным полом, выстланным бесконечными ковровыми дорожками. С левой стороны коридор упирался в стену и сворачивал куда-то вбок, там виднелись уходившие вниз ступени, из чего Келлар заключил, что там находится какой-то подвал или погреб. И, судя по топоту башмаков и грохоту захлопнувшейся двери, перепуганный до смерти сторож именно там и укрылся. С другой стороны коридор расширялся в большую залу с длинной беломраморной лестницей, напротив которой находились те самые двери, к которым Келлар первоначально направлялся, а затем уходил в другое крыло здания. Решив, что в подвал соваться рискованно - можно было оказаться в ловушке у запертой двери - Келлар побежал к лестнице.
      Он уже успел добраться почти до самого ее конца, когда в коридор ворвался еще более рассвирепевший, чем раньше, угг. Увидев удирающего Келлара, угг, громко стуча когтями по полу, в несколько больших прыжков преодолел отделявшее его от лестницы расстояние и перескакивая через несколько ступенек зараз, понесся вверх. Его хриплое дыхание быстро приближалось, топот становился все ближе и ближе, и Келлар с отчаяньем понял - теперь убежать не удастся. Он остановился на последней ступеньке и повернулся к уггу лицом, готовясь достойно встретить неминуемую смерть. Ноги подгибались от усталости и напряжения, в ушах звенело. Он качнулся и, чтобы удержать равновесие, схватился за ногу венчавшей перила мраморной статуи, изображавшей юную, с незначительными намеками на одежду, деву, в гордо поднятых руках которой нещадно коптили два факела, а лицо украшала блаженная улыбка потомственной идиотки.
      Угг был все ближе и ближе. Тридцать ступенек, двадцадь, пятнадцать - внутри у Келлара все сжалось, осталась только дикая злость, полная отчаянья и безысходности. И, внезапно решившись, он что было сил дернул статую за ногу, пытаясь свалить ее вниз. Та закачалась (факелы закоптили еще сильнее) однако на постаменте устояла. Тогда он быстро обежал ее кругом и что есть сил пихнул сзади. Она качнулась сильнее, и Келлар навалился на нее еще и еще. С каждым толчком статуя раскачивалась все сильнее и сильнее, враз разгоревшиеся факелы оставляли за собой длинные дымные шлейфы, и, наконец, после третьего толчка, она медленно и с видимой неохотой слетела вниз. Внезапно утеряв опору, Келлар по инерции пролетел вперед и с размаху стукнулся грудью о постамент, да так, что дыхание перехватило, глаза застлало мутное облако, и он тяжело осел на пол. Но уггу досталось намного больше.
      Он внезапно увидел падающую на него с широко раскрытыми объятьями деву, ее широкую улыбку и два пылающих факела в руках, и прежде, чем он успел что-то сообразить - они соединились. Столкновение было ужасным. Треск разламывающейся статуи слился с воплем угга, раздался тяжкий звук падения, и угг покатился по ступеням вниз. А вокруг него в искрящемся облаке пыли весело прыгали по лестнице куски и кусочки мраморной девы.
      Шум понемногу стих, куски статуи далеко, до самых парадных дверей, откатились в разные стороны, а у самой лестницы неподвижной бесформенной грудой застыло обильно присыпанное мраморной крошкой тело угга. Келлар осторожно поднялся на ноги, скрипнув зубами от боли и потирая ушибленную грудь. Все было тихо. Угг лежал не шевелясь, негромко потрескивали факелы да из городка доносился отдаленный перезвон колоколов.
      - Вот так! Скотина чешуйчатая! Получил, а?! - Келлар, охнув, оперся о постамент. - И эти стражники тоже хороши! Тут тебя целый час стадо уггов убивает, а они даже не чешутся! - Он закашлялся и придерживаясь рукой, осторожно сел. Только сейчас он заметил, как трясутся у него колени, да и руки тоже. Забытая фляга ласково булькнула, когда он садился, и он сдвинув ее на живот, кое-как выдернул пробку и сделал хороший глоток. Вино было еще теплое. - "А ведь совсем недавно я и не знал ни о каких уггах. Пил себе вино... Хм." Он сделал еще глоток.
      Понемногу дрожь прошла. Келлар еще раз поглядел на неподвижного угга и, обращаясь к нему, сказал:
      - Ну вот, видишь. Зачем ты ко мне привязался? Я же тебе ничего плохого не делал! А теперь ты дохлый, а я вот. Я живой! - он снова приложился к фляге. - Тебе еще повезло, что я меч в трактире забыл! А то бы так отделал, все твои чешуйчатые подружки бы поразбежались! - Он еще глотнул. - И вообще - я же тебе не какой-то там местный житель! Меня повсюду знают, я...
      Угг издал негромкое бурчание, охнул и зашевелился. Келлар так и замер с открытым ртом, не договорив до конца, только рука судорожно, так что побелели пальцы, сжала пробку. Вытаращив глаза, он стал медленно привставать на полусогнутых ногах. Угг опять пошевелился, перевернулся на живот и, тряся головой, встал на четвереньки. Кусочки мрамора искристым водопадом хлынули с его плеч, и его вновь окутало облачко пыли. Дальше Келлар смотреть не стал. Одним резким ударом ладони он вбил пробку на место, перекинул флягу за спину и стремительно понесся по коридору, опрокидывая за собой стоявшие вдоль стен стулья, небольшие столики, всевозможные вазы и подставки под них. С лестницы донесся хриплый рык, едва начавшись, он прервался кашлем и громким чиханием, но затем вдруг загремел с невиданной силой - казалось, от него затряслись даже стены. Теперь угг не просто охотился - он собирался мстить!
      Келлар мчался по коридору без какой бы то ни было конкретной цели. Он плохо соображал, куда бежит, единственным ориентиром для него служили те следы разрушения, которые он за собой оставлял. Вскоре он окончательно потерял ориентировку, правда, радовало то, что и угга пока не было видно. Зато его рев доносился, казалось, отовсюду. Не видя угга, Келлар стал понемногу успокаиваться - теперь он даже получал удовлетворение от того разгрома, который учинял. "Вот тебе стульчик, чтоб ты споткнулся, гадина! А вот еще один - если первый перепрыгнешь! А вот еще и вазу на пол, чтобы ты свои когтистые лапки порезал, ублюдок!" - удовлетворенно бормотал он, нагромождая новые завалы. Вскоре, однако, несмотря на солидную величину замка,
      неразгромленные коридоры стали попадаться реже, а через некоторое время и вовсе кончились. Теперь куда бы Келлар ни заглядывал - всюду высились нагромождения из стульев и другой легкой мебели, равномерно посыпанные битым стеклом, правда, во многих местах раскиданные и разгромленные продиравшимся сквозь них уггом.
      Побегав так некоторое время, Келлар устал и остановился перевести дух и оценить положение. Воздвигнутые им заграждения начинали работать против него самого - уже насколько раз он сам падал, споткнувшись об очередной поваленный стул, или больно стукался коленкой об острые углы другой опрокинутой мебели. Стараясь сдержать дыхание, он замер и прислушался. Неистовый рев угга сотряс воздух слева, тут же раздался справа, а потом и вовсе зазвучал с трех сторон сразу. Несколько раз до него донеся грохот и треск разламываемой мебели, но все эти звуки были довольно далеки, правда, и направление по ним было определить легче. Келлар еще раз внимательно прислушался - звуки несомненно доносились откуда-то сзади и слева - вот угг опять врезался во что-то деревянное, а вот теперь он просто воет от злости. Келлар довольно усмехнулся, хлопнул себя по бедру и, перешагнув через поваленный стул, зашагал вперед. "Пока угг там ищет меня по коридорам, я успею немного отдохнуть и подыщу место, где можно спрятаться," - с такими мыслями он завернул за угол и прошел метров десять по коридору, как вдруг впереди из-за угла прямо на него выскочил угг. Оба замерли - угг, видимо, не мог поверить в такую удачу, а Келлар тщетно пытался сообразить - почему угг оказался спереди и справа, если шум до сих пор был слышен только сзади и слева? Оцепенение их длилось недолго - угг слегка сместился вперед, готовясь к броску, а Келлар, увидевший это перемещение, немедленно наклонился и ухватившись за ковровую дорожку на полу, потянул ее на себя. Нелепо взмахнув лапами, угг с протестующим воем завалился куда-то вбок, а Келлар уже завернул за угол и бежал по коридору. Он несколько раз повернул, пробежал через несколько комнат, вновь попетлял по коридорам и, наконец, остановился у двери в одной из комнат и прислушался. Толстые стены приглушали звуки, и определить местонахождение угга не представлялось возможным. Келлар еще постоял, тихонько приоткрыл дверь и, высунув голову, огляделся. В каком месте он находился - сказать было трудно. Обычный коридор со сломанными стульями и опрокинутыми лимонами в горшках, битое стекло на полу, сбившаяся дорожка - все как обычно. Келлар вытянул шею и посмотрел в другой конец. Все то же самое. Хотя нет! Зеркало!
      Келлар помнил это зеркало. Он пробегал мимо него в самом начале, когда только стал удирать прочь от лестницы. Он даже не успел тогда разбить его. Зеркало было огромное, в два человеческих роста и шириной во весь коридор, оно было установлено в нише примерно полуметровой глубины и казалось продолжением самого коридора. Келлар заулыбался: "Зеркало где-то рядом с лестницей. Я сейчас найду лестницу и убегу обратно в город, а этот чешуйчатый пень пускай ищет меня тут по всем комнатам!"
      Тихонько, стараясь не скрипнуть, он открыл дверь, бесшумно выскользнул в коридор и, поминутно оглядываясь, на цыпочках двинулся в сторону зеркала. Где сейчас находился угг - сказать было трудно. Беспрестанно выть и рычать он давно перестал, может устал, а может, и просто охрип, а большинство из созданных Келларом завалов давно разметал - вокруг все было тихо.
      Келлар бесшумно скользил по коридору: "Только бы он не заметил, что я ушел отсюда. Только бы не услышал." Сердце сильно колотилось в груди, по спине вдруг заползали миллионы мурашек, и от каждого шороха перехватывало дыхание. Шаг за шагом он продвигался вперед. Когда до зеркала осталось метра три, он приостановился, снова прислушался и подозрительно поглядел на свое отражение в зеркале. Выглядел он, конечно, не лучшим образом. Взлохмаченные, с прилипшими к потному лбу прядями, волосы; штаны разодраны, с колена свисает здоровенный лоскут; куртка вся сбилась под ремнем и выпачкана неизвестно чем - словом, вид еще тот. Он попробовал немного заправиться, одернул куртку, ладонью пригладил волосы и, отыскав в кармане платок, собрался вытереть мокрое от пота лицо. Внезапно совсем рядом раздалось знакомое постукивание когтей по полу и из-за угла, слегка прихрамывая, неторопливо показался угг. Келлар оказался вплотную от него - два-три шага, и можно было дотронутся до плеча, на котором между жестких чешуй пробивались редкие кустики шерсти. Впрочем, Келлару этого делать почему-то совсем не захотелось, вместо этого он просто замер с округлившимися глазами и отвисшей челюстью. Все еще не замечая его, угг сделал шаг и, наконец, увидел... его отражение.
      Среагировал он молниеносно - весь напрягся, подобрался, предусмотрительно отступил на полшага с ковровой дорожки и прыгнул. Раздался звон разбившегося стекла, зеркало, раскалываясь на тысячи осколков, брызнуло на пол, а Келлар стремглав бросился наутек. Только заскакивая в знакомую комнату, он рискнул на миг обернуться. Угг испуганно скрючился на полу перед останками зеркала, прикрывая голову от сыпавшихся на него осколков, и громко подвывал, не то от страха, не то от разочарования. Дальше Келлар смотреть не стал и, захлопнув дверь, пустился в ставшее уже привычным петляние по комнатам и коридорам замка.
      Остановился он не скоро - перед глазами все время маячил образ группирующегося для прыжка угга, и это гнало его вперед. В конце концов остановиться все таки пришлось, ноги просто сами подгибались от усталости, и, привалившись спиной к стене, он попробовал сориентироваться. В какой стороне теперь лестница и зеркало, теперь уже вдребезги разбитое - оставалось только догадываться. За каким углом готовится к броску угг - тоже. Он помялся на месте, еще раз посмотрел по сторонам, и, обреченно махнув рукой, повернул налево. Коридор был такой же, как все, похоже, что и он, и угг тут уже побывали, и даже не по одному разу. Но вот дальше вдруг открылся совершенно новый коридор, в таком Келлар еще точно не был. Почти не освещенный, лишь в самом начале горели несколько факелов, и с полным отсутствием какой-либо доступной для переворачивания мебели, он уходил в темноту и неизвестность. "Ладно, - решил Келлар. - Терять мне нечего, а вдруг он ведет на запасную лестницу или еще куда..." Он решительно зашагал вперед. Внутри коридор оказался вовсе и не таким уж темным. Высокие стрельчатые окна пропускали вовнутрь мягкий свет полной луны, однако его было недостаточно, чтобы разглядеть, что находится в дальнем конце. Зато в окна была хорошо видна припорошенная черепица крыши, что подходила под самые окна, и часть стены какой-то пристройки. "Ага, значит, я в задней части здания, - сообразил Келлар. - Спереди ничего похожего не было. Тем лучше. Если здесь есть запасной выход, то он сзади, а я к нему и иду." Он чуть прибавил, миновал еще несколько окон и тут услышал угга. Тот выбежал из очередного коридора, огляделся и, различив своим острым ночным зрением удаляющуюся фигуру, развернулся за ней. Однако не побежал. Собравшийся было удирать Келлар с удивлением увидел, как угг бочком сделал пару шагов, осторожно помахал перед собой лапой, затем шагнул еще и опять помахал. Издали казалось, что он кого-то зовет. Келлар отрицательно помотал головой и попятился. Угг шагнул еще и опять приветливо помахал, когти тускло блеснули в лунном свете. Келлар боком, придерживаясь руками за подоконник, побежал. Угг, заметив это, также перешел на легкую рысь, не переставая, однако, помахивать перед собой лапой. Келлар развернулся и припустил во весь опор. Угг еще немного ускорился, но необходимость все время размахивать перед собой лапами его сильно замедляла. Келлару удалось даже увеличить разрыв, он уже видел конец коридора, вот дверь, еще немного, чуть-чуть, вот она! Он с разгона врезался в дверь и остановился. "Что за черт? В какую сторону она открывается?!" Он отчаянно подергал за ручку. Дверь не шелохнулась. Келлар затряс ее изо всех сил, пнул ногой - все было напрасно, дверь была заперта. Угг, по-прежнему проверяя перед собой путь лапой, уже преодолел половину расстояния до Келлара, а тот все тряс и пинал дверь, не в силах поверить, что оказался в ловушке. Наконец он бессильно сполз на пол и стал бездумно наблюдать за приближающимся врагом.
      - Ну что ж. Твоя взяла, чешуйчатый! Тут уж мне нечего на тебя свалить, ты выиграл! - хрипло выкрикнул Келлар.
      Услышав человеческий голос, угг остановился, кинул подозрительный взгляд по сторонам и на потолок, потом шумно принюхался. Затем медленно, еще старательнее ощупывая перед собой лапой воздух, пошел вперед. "Однако, боится! Ей богу, боится!" - Келлар поднялся с пола. "А если подпустить его поближе и попробовать проскочить мимо? Нет, не выйдет, догонит. А если... Нет, глупо... Может... Нет, тоже не годится," - мозг Келлара лихорадочно заработал, перебирая возможные варианты спасения. Он огляделся, ища что-то, что могло бы ему помочь, и взгляд упал на заснеженную крышу за окном. Времени на обдумывание уже не оставалось. Громко закричав и размахивая руками, он бросился навстречу уггу, так что тот испуганно попятился назад и с ворчанием обнажил большие клыки. А Келлар даже не успел испугаться их величины - добежав до нужного окна, он выбил его одним сильным ударом ноги и выпрыгнул на крышу.
      Крыша оказалась скользкой. Он едва не свалился, но успел уцепиться за конек и, кое-как подтянувшись, встал. Поминутно рискуя свалиться и балансируя руками, он побежал с неясной надеждой отыскать спуск с другой стороны. Угг громко взревел, сообразив, что добыча снова ускользает от него и, забыв про осторожность, бросился к ближайшему окну. Со звоном вылетело разбитое стекло, куски его посыпались на угга, и тот, испуганно рыкнув, отпрыгнул назад. Затем, чуть помедлив, осторожно обошел окно по широкой дуге, подозрительно принюхиваясь, быстро миновал два других и, подбежав к тому же окну, из которого выпрыгнул Келлар, выбрался на крышу.
      Келлар добежал до конца и остановился. Дальше пути не было, ни лестниц, ни чердачных окон - ничего. "Опять тупик! Проклятье!" Он повернулся вовремя, чтобы заметить бросок чудовища. В этот раз угг прыгнул молча. Инстинктивно дернувшись в сторону, Келлар оступился и покатился вниз. Вслед ему покатились вылетевшие из-под ног угга черепицы, а затем и сам угг. Невероятно извернувшись, Келлар сумел дотянуться до печной трубы и остановился. Угг проехал чуть ниже, но тут же поднялся на ноги и вновь развернулся к нему. Его кулаки пару раз сжались и разжались, показав могучие изогнутые когти, глаза беспощадно сверкнули. Хрустнула под ногами черепица, угг на мгновение потерял равновесие, но устоял и теперь стоял в нескольких шагах от Келлара, глядя ему прямо в глаза.
      Келлар, в отличие от угга, стоять на наклонной, заснеженной поверхности не мог. Ноги упорно съезжали вниз, поэтому ему пришлось покрепче ухватиться за трубу и только потом осторожно подняться. Угг молча обнажил клыки. Возможно, это была улыбка победителя, но Келлару стало не смешно. В этот раз клыки он разглядел хорошо - слишком хорошо и слишком близко. Стараясь не поворачиваться к уггу спиной, он медленно попятился за трубу. Труба не могла, конечно, послужить серьезной защитой, но все-таки так было спокойнее.
      Прижавшись к трубе, Келлар сделал шаг вбок и угг решив, что его час настал, рванулся вперед. Но скользкая крыша его опять подвела, и он, упав, соскользнул еще на пару метров вниз. У Келлара все внутри замерло, но, увидев, как угг заскользил вниз, он чуть приободрился и попробовал сдвинуться еще. Стараясь не соскользнуть прямо уггу в пасть, он, придерживаясь за трубу, опять шагнул, но зацепился ремнем фляги за какой-то ржавый крюк и остался на месте. Про флягу он совсем позабыл, и она все время так и болталась у него за спиной и только теперь напомнила о своем существовании. Угг тем временем осторожно поднялся на ноги и старался занять позицию поудобней для новой атаки. Оба молчали. Келлар так вообще старался даже не дышать. Он осторожно освободил зацепившийся ремень и вдруг быстро юркнул за трубу. Угг недовольно заворчал и, царапая когтями по черепице, двинулся к нему. Труба давала ощущение какой-то защиты, и, стоя за ней, Келлар наконец смог вздохнуть. Только сейчас он почуствовал, как у него пересохло во рту, как бешено колотится в груди сердце. Угг медленно и осторожно приближался. Келлар оглянулся. До следующей трубы было недалеко, а от нее можно выбраться обратно на конек. Снизу раздался треск ломающейся черепицы, и угг сполз на полметра вниз. Тем не менее он уже существенно приблизился. "Еще немного, и он опять кинется. Проклятье, как руки дрожат. Так я не смогу за трубу ухватиться." Келлар попеременно потряс кистями, стараясь снять напряжение. При этом фляга глухо стукнулась о кирпичи. "Ох. Сделаю глоточек, рот точно песком забит," - он откупорил флягу и глотнул горячей жидкости.
      Угг услышал бульканье и вдруг с неимоверной скоростью, рванулся к Келлару. Тот громко вскрикнул, размахнувшись, швырнул в него флягу и бросился прочь. Фляга, оставляя за собой темный след разливающегося вина, пролетела возле самой его головы, гулко стукнулась о черепицу, подпрыгнула и упала вниз. При этом струя теплого вина угодила уггу в глаза, и тот, на мгновение ослепленный, врезался в трубу. От столкновения он, потеряв равновесие, покатился по скату, тщетно пытаясь зацепиться когтями за съезжающую вслед за ним черепицу, на какой-то миг замер на самом краю и, наконец, с чудовищным, разрывающим перепонки воем рухнул вниз. Оглушительный вой внезапно оборвался гулким ударом, и наступила тишина.
      Келлар, распластавшийся на брюхе и зажавший уши руками, осторожно скосил взгляд к краю крыши. Потревоженный падением зверя снег еще струился вниз, беззаботно мерцая в лунном свете. Одна черепица, чудом задержавшаяся на самом краю, неуверенно покачивалась, все еще балансируя над обрывом. Снизу ничего слышно не было.
      Он молча поднялся. Набившийся за ворот камзола и теплой зимней куртки снег немедленно провалился вниз, и его сразу забила сильная дрожь. Хотя, может быть, это было и от нервов. Кое-как, с огромным трудом и превеликой осторожностью, медленно переползая от одной трубы к другой, Келлар выбрался наверх и, оседлав гребень крыши, немного передохнул. "Этажа три будет, никак не меньше." Он посмотрел на виднеющиеся окна дворца. "Надо двигать. Там тепло, да и людей надо бы отыскать. Пойти посмотреть на угга." В одиночку это делать ему совсем не хотелось.
      Келлар влез в то же самое окно и не спеша побрел по лабиринту комнат и коридоров. Теперь он шел спокойно, не опасаясь в любой момент стремительной атаки, не торопясь перешагивая через обломки и огибая сваленную мебель. Дыхание стало спокойным, напряжение понемногу спало, и накопившаяся усталость дала о себе знать внезапной сонливостью и апатией. Теперь Келлару все стало безразличным, внезапно он поймал себя на мысли, что выскочи сейчас из-за угла угг, то он уже и не стал бы пытаться убежать. Он остановился, немного подумал и, окончательно придя к мысли, что куда-либо бежать и от кого-то там спасаться глупо, устало побрел дальше.
      Через некоторое время ему удалось немного сориентироваться, и после нескольких неудачных попыток он вышел в коридор, окна которого выходили с фасада здания. Внизу уже было полно народу. Люди, кто пешком, кто на конях, шумно теснились у открытой двери, размахивали факелами, но внутрь идти не спешили. Келлар некоторое время поглядел на них, затем презрительно фыркнул и, гордо вскинув голову, пошел искать лестницу. На это ушло некоторое время, но, наконец, он ее нашел.
      У подножия лестницы, настороженно озираясь, стояли несколько человек. Все они были вооружены: ржавые, давно не пользованные кольчуги, чуть более приличные мечи и пики; один судорожно сжимал в руках большой лук с наложенной на тетиву стрелой. При этом он так нервничал, что представлял несравненно большую опасность для своих товарищей, нежели для возможного противника. Остальные, переговариваясь вполголоса, с интересом и страхом осматривали разбросанные по полу обломки статуи.
      При появлении Келлара они испуганно отпрянули и ощетинились своим арсеналом, а лучник едва не пустил в него стрелу. Но, увидев, что это всего лишь человек, вполне безобидный на вид, немного успокоились.
      - Эй! Что тут произошло? - бородатый мужик с алебардой и в кирасе кивнул на обломки статуи.

      Келлар принял невозмутимый вид и, как нечто само собой разумеющееся, сказал:
      - Угг. Он за мной погнался. Народ в ужасе ахнул.
      - Угг?! Не может быть! - они затолкали друг друга локтями под ребра и громко зашушукались.
      - Следы, следы-то видел?! Говорил же я тебе!
      - Да откуда ж он взялся? Их всех давно...
      - А Келзи, старый Келзи что сказал? Вот.
      - Может, врет? Странно это все.
      Бородатый почесал затылок, потом спросил:
      - А ты кто? Ты не наш. Может, врешь все?
      - Я его в трактире видел, - проговорил кто-то. - Он к лорду ехал.
      - Я тут проездом. Вообще-то я в Эльгер еду, - Келлар спустился по лестнице. - Вот встретил угга и задержался.
      Бородатый нахмурился.
      - А где угг? Погнался за кем, что ли?
      - А-а, - Келлар пренебрежительно махнул рукой. - Я его сбросил с крыши.
      Народ возбужденно зашумел и поспешно отступил от Келлара на шаг.
      - Сбросил с крыши? Ты? Да не может быть! С уггом и десяток человек не справится! Ты врешь! - бородатый свирепо наставил на него алебарду.
      - Пошли. Сами увидите, - Келлар небрежно отдвинул алебарду в сторону и направился к двери. - Он там, за замком валяется.
      Бородатый помедлил, потом махнул своим людям рукой и пошел следом. Остальные, оживленно переговариваясь и обмениваясь удивленными возгласами, топали чуть позади.
      - Как тебе это удалось? - нагнал Келлара бородатый. - На вид ты не очень сильный. Или ты был с оружием?
      - Нет, ничего у меня не было. Меч в трактире забыл, будь он неладен. Пришлось так... - Келлар повел плечами и сделал неопределенный жест рукой.
      - О-о! - бородатый смерил его благоговейным взглядом, и явное недоверие в его глазах перешло в столь же явное восхищение.
      Они почти дошли до двери, когда на улице раздался шум, крики людей и громко заржали лошади. В распахнутую дверь со свистом влетела стрела, тюкнула острием в стену и переломилась. А вслед за ней, почти с такой же скоростью, ворвался угг.
      Не замедляясь, он кинулся на опешивших людей, от его яростного рева заложило уши. Никто даже не успел его толком разглядеть. Это было нечто темное и громадное, с бешено сверкающими глазами, громким голосом, длинными когтями и клыками - словом, очень большое и страшное. Стражники, или кто там они были, бросились врассыпную, роняя свои мечи и эспантоны, спотыкаясь и падая. Келлар был впереди всех - пока остальные несколько мгновений пребывали в замешательстве, он уже несся назад.
      Один из стражников попытался было ткнуть угга копьем, но тот, даже не замедлившись, одним ударом отшвырнул его далеко в сторону. Стражник с промятой от удара кирасой с грохотом врезался в стену и со стоном осел на пол. О следующего угг просто споткнулся и растянулся на животе. Однако он тут же вскочил, отпихнул еще одного замешкавшегося стражника и снова бросился в погоню. Ему был нужен только один - Келлар.
      А Келлар уже добежал до лестницы, но не успел еще поставить ногу на первую ступеньку, как в него врезался споткнувшийся об обломок статуи стражник. Вместе они покатились по полу, причем меч стражника сильно пропорол бок Келлару. От внезапной острой боли у него выступили слезы на глазах. Он с трудом поднялся. Кровь текла не сильно, но от боли перехватывало дыхание. "Ребро, что ли, сломал, идиот?" Келлар повернулся обратно к лестнице, но было поздно - угг в этот момент уже стоял на ступенях. Могучим пинком он отшвырнул карабкающегося на четвереньках по лестнице стражника и остановился, оглядываясь. Келлар поспешно отпрянул за колонну. Затем бочком, бочком стал отступать вглубь коридора и, повернувшись, побежал.
      Кто-то из стражников, набравшись смелости, подкрался к уггу сзади и рубанул его мечом по ноге. Угг, взвыв от боли, упал с лестницы, и тут же чиркнувшая по его плечу стрела ушла куда-то в сторону. С улицы вбежали несколько лучников и открыли беглый огонь по уггу, впрочем, не причинив ему никакого вреда. Зато одна из стрел угодила в руку того самого стражника, что до того столкнулся с Келларом, и тот с громкой руганью поспешил отползти за колонну.
      Келлар уже добрался до конца коридора и сворачивал за угол, когда лихорадочно вертевший головой угг его, наконец, заметил. Он снова взревел и, не обращая внимания на свистевшие вокруг стрелы, помчался вдогонку. Келлар охнул, быстро завернул за угол и помчался по бесконечному коридору с многочисленными дверями. На его счастье, все двери были не заперты. Он бежал все дальше и дальше, захлопывая за собой все двери, а где-то позади угг, выбивая их одну за другой и громко рыча, ломился следом.
      Он догнал Келлара в длинном узком коридоре со стенами из грубо отесанного камня и закопченным низким потолком. Келлар в этот момент уже подбегал к концу коридора, к приоткрытой двери, когда в другом его конце раздался грохот, дверь с треском вылетела, разбитая могучим ударом в щепы, и появился угг.
      - А-ах ты, тварь! Долго ты еще за мной бегать будешь?!! - Келлар, разозлившись, вырвал из кронштейна в стене горящий факел и метнул его в угга. Тот, испугавшись, слегка пригнулся, затем, разозлившись, в свою очередь сорвал факел со стены и запустил в ответ.
      Келлару пришлось резко метнуться в сторону, при этом раненый бок обожгло огнем и в глазах помутнело. Он поспешно проскочил в дверь. Угг следовал по пятам. Его когтистая лапа появилась в дверном проеме, и Келлар с силой пнул по двери ногой. Угг взвизгнул и отпрыгнул назад, тряся ушибленными пальцами. Келлар снова захлопнул дверь, она была толстая и с засовом. У него появилась надежда на некотрую передышку. Он навалился на проржавевший засов и только потом оглянулся.
      Вверх спиралью уходила каменная лестница со стертыми ступенями. Было темно, только немного сверху тускло мигал один светильник. Судя по всему, это была наиболее старая часть всего замка. И наименее посещаемая.
      - Только бы дверь выдержала, - Келлар облизнул пересохшие губы и, осторожно отняв от раны левую руку, поглядел на нее. Ладонь вся была в крови, камзол и куртка тоже обильно пропитались кровью. Даже левая штанина - и та начинала промокать.
      - Плохо. Так я свалюсь от потери крови. - Он отыскал в кармане смятый платок и осторожно подпихнул его к ране. После этого он медленно, придерживаясь рукой за стену, двинулся к лестнице.
      От страшного удара дверь выгнулась и затрещала. Келлар, испуганно вздрогнув, оглянулся и, позабыв про рану, помчался наверх, преодолевая по нескольку ступенек сразу. Дверь снова содрогнулась, от нее полетели щепки. После третьего удара она не выдержала и, жалобно треща, развалилась пополам. Угг лапами разметал остатки еще недавно столь прочного на вид заграждения, быстро огляделся и бросился в погоню.
      Лестница казалась бесконечной. Келлар уже еле переставлял ноги, а она все вилась и вилась вверх. "Похоже, я в башне," - сообразил он. Снизу раздался шум и недовольное ворчание угга. "Свалился, что-ли? Хоть бы ноги себе переломал! Или шею. Хотя врядли - с крыши упал, там этажа ведь три, не меньше, а живой. Гад." - Келлар наконец добрался до люка и, кряхтя и морщась от боли, выбрался наверх.
      Теперь он находился в маленьком помещении на самом верху башни. Люк в полу, единственное стрельчатое окно без стекол, сквозь которое пробивался лунный свет, да пыль на полу - вот и вся обстановка. У стены валялось ведро и старая метла. В окно он смотреть даже не стал. Высоты он побаивался, да и что проку?
      Шумное дыхание угга раздалось совсем близко. Тот тоже устал и передвигался теперь намного медленнее, чем раньше. Подстегнутый его приближением Келлар поспешно подскочил к люку и попробовал приподнять его крышку. Та оказалась высеченной из единой каменной глыбы и, несмотря на все усилия, приподнялась всего на несколько сантиметров. Келлар чуть не заплакал от досады. Затем его взгляд упал на лежавшую у стены метлу. Схватив ее и используя в качестве рычага, он снова приподнял плиту. Метла заскрипела, затем с сухим щелчком переломилась. Однако плита была поднята достаточно высоко - Келлар подставил под нее колено и, напрягаясь изо всех сил, опрокинул.
      Плита опустилась вниз, при этом угг, к своему несчастью, высунувший именно в этот момент голову из люка, получил ошеломляющий удар по лбу и, громко завывая от боли, скатился обратно по лестнице. Там он застрял, подвывая и ощупывая свою голову, а Келлар быстренько уселся на крышку люка, втайне надеясь, что такую тяжесть угг осилить не сможет.
      Однако он осилил. Сильнейший толчок подбросил крышку в воздух, при этом Келлар отлетел в сторону и покатился по полу, а из дыры выскочил угг. Это усилие окончательно истощило его - угг рухнул на колени и, тяжело переводя дух, остался так сидеть. И Келлар, поспешно вскочивший на ноги, смог разглядеть его во всех деталях.
      Угг был уже вовсе не таким свирепым и сильным, с каким впервые столкнулся Келлар у дома Тондара. Яркий огонь его глаз притух - теперь они сверкали не алым и желтым, а багровым и оранжевым. Один глаз у него полностью заплыл, левое плечо было сильно ободрано до самого локтя, по всему телу виднелись следы ушибов и кровоподтеков. Одна нога сильно опухла в колене - наверно, он повредил ее при падении; по бедру второй все еще струилась кровь из раны, нанесенной стражником. Только неумолимая злость все так же проглядывала в его облике, да глаза, хоть и не так ярко, но по прежнему люто мерцали, вглядываясь в законную, но такую упрямую, добычу.
      Угг, все еще тяжело дыша, поднялся на ноги. Келлар невольно попятился и выставил правую руку ладонью вперед.
      - Погоди, погоди! Давай поговорим!
      Угг замер, уцелевший глаз подозрительно прищурился.
      - Послушай. Не надо на меня прыгать. Я вообще-то хороший. Я не местный, уггов никогда не трогал, какие у нас могут быть счеты?
      Угг помотал головой и слегка обнажил клыки.
      - Да нет же! Ты не понял! Я правда не местный. И даже уважаю уггов, - Келлар попятился назад. - Можно сказать, даже очень уважаю, люблю! - Тут он сильно покривил душой, но в этом была и доля истины - попробуй не зауважать зверя, который способен уцелеть, свалившись с третьего этажа и получив каменной крышкой по лбу!
      Угг не шевелился. Его единственный глаз пристально изучал Келлара, разбитая верхняя губа все еще подергивалась, приоткрывая устрашающего размера клыки, но он стоял на месте.
      - Ты ведь понимаешь, что я говорю, да? Ну вот. Ты на меня по ошибке напал, правда? Так давай разойдемся - ты меня не трогай, и я тебя не трону! Хорошо? - Келлар выдавил из себя улыбку и дружелюбно протянул уггу руку.
      В тот же миг угг прыгнул. Келлар отшатнулся, споткнулся о ведро и растянулся на полу. При этом пролетевший над ним угг сильно задел его по лицу своей когтистой ступней. Оглушенный Келлар на миг потерял зрение, по лицу потекла горячая кровь. А угг врезался лбом в стену и, упав на четвереньки, теперь ошалело мотал головой из стороны в сторону.
      Кровь из рассеченного лба залила глаза, Келлар оттер ее рукавом, оглушенно потряс головой и кое-как сел. Ведро оказалось у него между ног. Угг тоже пришел в себя и все так же, на четвереньках, развернулся к Келлару.
      Его морда оказалась всего в полуметре от его лица, тяжкий запах несвежего дыхания ударил в ноздри. Келлар попробовал отодвинуться, но сидя сделать это не удалось. Внезапно оскалившись, угг дернулся вперед. Схватив обеими руками ведро, Келлар в ужасе откинулся и что есть сил насадил его на голову угга. Что творилось потом, он помнил плохо. Угг прокатился по нему, вскочил, врезался в стену, опять упал, снова врезался головой в стену - и так несколько раз подряд. Ведро прочно застряло на его голове, он дико рычал, выл, а ведро еще больше резонировало звук, делая его совсем потусторонним и леденящим душу. Пару раз он врезался в Келлара, так что тот отлетал в сторону и после долго приходил в себя. А угг, окончательно обезумев, продолжал метался по помещению, так что Келлару вскоре стало казаться, будто закачалась сама башня.
      Келлар стал переползать с места на место, уворачиваясь от обезумевшего монстра. Наконец он присмотрел темную нишу возле окна и быстро пополз туда. Однако угг опередил его. С надрывным воем он пронесся мимо Келлара и влетел прямо в то место, где тот собирался укрыться. Раздался грохот, как от падения десятка чугунных котелков сразу, и из темноты на Келлара повалилось нечто большое и темное. На мгновение ему показалось, что это еще один угг, однако темная фигура с грохотом грянулась об пол и рассыпалась кучей старых доспехов.
      "Тьфу, всего лишь статуя!" Келлар ловко отполз от промчавшегося угга. Рука его наткнулась на дерево, он скосил на него глаза, скользнул взглядом по всей длине и обнаружил, что сжимает в руке алебарду. Он ухватился за нее обеими руками и, вскочив на ноги, издал ликующий вопль. Угг тем временем, спотыкаясь о раскиданные доспехи, врезался в очередную стенку. Но теперь, с оружием в руках, Келлар его больше не боялся. Наоборот - внезапно его захлестнула волна бешеной ярости, и он, широко размахнувшись, обрушил алебарду ему на спину.
      Алебарда оказалась старой, ржавой и с рождения не точеной. Угг взвыл от боли, хотя прорубить плотную чешую Келлар и не сумел. Тем не менее, воодушевленный первым успехом, он продолжал иступлено молотить по обезумевшему от боли и ужаса чудовищу, вкладывая в каждый удар всю накопившуюся в нем злость и ненависть и испуская громкие воинственные вопли. Угг ничего не понимал - ведро полностью закрывало для него обзор и он ничего не видел, по всему телу больно колотили чем-то тяжелым, а когда Келлар пару раз угодил по ведру, то угг вдобавок чуть не оглох от грохота.
      Несколько минут Келлар отводил душу, с громкими криками гоняясь за уггом, затем старое древко не выдержало и с хрустом переломилось. Келлар на мгновение замер, удивленно глядя на обломок в руках, а потом взревел от досады с такой силой, что угг испуганно шарахнулся в сторону, оступился и, взмахнув лапами, провалился в люк. Келлар взмахнул обломком древка и с громким криком "Ага!", прыгнул за ним следом, догнал его на лестнице и с размаху хлопнул по ведру на голове. Угг, только-только нащупавший лапами ступеньки, завопив, покатился ниже. А Келлар, сверкая глазами и размахивая своей импровизированной дубинкой, гнался за ним следом, выкрикивая нечто нечленораздельное и норовя посильнее стукнуть или пнуть при каждой задержке.
      Подбадриваемый обломком в руках Келлара, угг выкатился на плошадочку перед лестницей, тут же получил очередной гулкий удар по голове и вылетел в совсем теперь темный корридор. Келлар сам споткнулся в темноте об обломки разбитой двери и больно упал, заработав ко всем синякам и ранам еще и несколько длиннющих заноз. Но это не охладило его воинственного пыла, наоборот, войдя во вкус погони, он бросился, натыкаясь в темноте на стены, вдоль по корридору, надеясь догнать угга и еще разок пройтись по его спине обломком древка.
      Однако быстро бежать в кромешной тьме было сложно, Келлар мог ориентироваться только по слуху и надеяться, что в конце концов выберется на освещенный участок. Правда, слышно было хорошо - услышав в очередной раз громкий металлический грохот, Келлар злорадно заключил, что угг снова приложился ведром к стене, а быть может, даже свалился на пол. Тут сам Келлар поскользнулся на чем-то неизвестном и упал, а поднявшись, двинулся вперед еще медленнее, старательно ощупывая дорогу перед собой остатком алебарды.
      Так он продвинулся до конца коридора и, осторожно перебравшись через груду досок от двери, очутился в следующем помещении. Там тоже было темно, но совсем близко, буквально метрах в двадцати, угг снова во что-то врезался, громко взревел и громыхнул ведром. Келлар радостно завопил в ответ и, размахивая перед собой своим оружием, со всех ног кинулся вперед. Впереди раздалось лязганье, какое-то копошение и невнятные звуки - на что Келлар только прибавил ходу. Он стремительно, даже ни разу не врезавшись в стену, подлетел к источнику звука и что есть мочи ударил. Угг громко, совсем по человечески завопил, потом совсем по другому охнул, с неимоверным лязгом упал на пол, но тут же, почему-то с другой стороны, ойкнул и привалился к стене. У Келлара не было времени на ненужные раздумья - до боли в руках он продолжал колотить в темноту, воинственно крича и пинаясь ногами. Внезапно правее Келлара у стены вспыхнул яркий сноп искр, а спустя мгновение разгорелся факел. Неожиданный свет ослепил его так, что Келлару пришлось невольно прикрыть глаза ладонью и прищуриться. А когда он наконец убрал руку, то с удивлением обнаружил вокруг себя несколько страшно перепуганных и сильно помятых стражников, один из которых дрожащими руками держал разгорающийся факел, а остальные испуганно жались к стенам. Ближайший из них привалился к стене, вжав голову в плечи и прикрыв ее руками, глаза его были плотно зажмурены. Келлар недоуменно огляделся и, не увидев нигде угга, потыкал стражника древком в плечо:
      - Эй! А где угг?
      Стражник испуганно ойкнул знакомым голосом, затем осторожно приоткрыл глаза и, увидев Келлара, облегченно вздохнул.
      - Н-не зн-наю. Он тут б-был. Т-только что. Факел уп-пал, он в-в т-темноте на нас н-набросился. Д-да. Жуть как-кой злю-ющий! - стражник, поморщившись от боли, потрогал шею и поправил съехавший с головы шлем.
      - Дай сюда факел! - Келлар решительно вырвал из рук растерявшегося стражника факел, затем, чуть подумав, отшвырнул так хорошо послужившее ему сломанное древко и поднял с пола чей-то оброненный меч.
      - Вперед! За ним! Счас мы его догоним и покажем! - Келлар со свистом взмахнул мечом и рванулся к выходу. Стражники, раскрыв рты, только покивали в ответ, но никто из них и не подумал пошевелиться. Однако, когда свет от факела стал вдруг быстро удаляться, они заволновались и, поспешно вскочив, устремились следом. Оставаться снова в темноте никому не хотелось.
      Бежать долго Келлар уже не смог. Раненый бок разболелся со страшной силой, каждый вздох словно вгонял под ребра острый кинжал. Поневоле пришлось перейти на шаг. Он приостановился, оттер со лба кровь и, поскрипев зубами, упрямо двинулся вперед. Нагнавшие его стражники громко сопели и звякали кольчугами за спиной, но он шел не оборачиваясь.
      Они вышли в освещенную часть замка и вскоре оказались перед главной лестницей. Там их встретили несколько лучников, громко о чем-то споривших и размахивающих руками. При виде окровавленного Келлара они смолкли и молча проводили его и всклокоченных стражников испуганными взглядами - по всему было видно, что они выдержали жестокий бой.
      Келлар остановился у лестницы, обвел лучников суровым взглядом и коротко спросил:
      - Где?!
      Лучники побледнели, один из них, видимо, старший, судорожно сглотнул и махнул луком в сторону выхода.
      - Выскочил наружу. Мы стреляли, но он выскочил, - остальные лучники согласно закивали головами.
      Келлар презрительно фыркнул и прошел к двери. Стражники тоже, смерив лучников неодобрительными взглядами, громко сопя, прошли следом. Все вместе они вывалились на площадку перед замком и молча остановились.
      На заснеженной площадке перед замком толпилось, шумело, потрясало оружием, размахивало руками и ногами и успокаивало испуганных лошадей огромное количество народу. Снег, еще недавно такой гладкий и чистый, теперь был весь истоптан бесчисленными ногами и копытами и быстро превращался в липкую грязь. Сажа от множества коптящих факелов тоже мало добавляла чистоты. Но собравшихся это мало смущало - они увлеченно разводили руками в стороны, демонстрируя по меньшей мере габариты слона, и громко спорили. В первые мгновения появление Келлара в окружении почетного экскорта стражников никто и не заметил. Но затем сначала один, за ним другой, а потом и все сразу постепенно смолкли и повернулись в его сторону. Несколько секунд стояла напряженная тишина, только кони продолжали нервно топтаться и всхрапывать, да сдержанно поругивались, повиснув на поводьях, их владельцы.
      Келлар, устало ссутулившись, упер меч острием в щель между каменными плитами двора и, нахмурившись, обвел всю толпу тяжелым неодобрительным взглядом. Ближайшие ряды стали неуверенно переминаться с ноги на ногу и дружно шмыгать носами. Келлар придал своему лицу еще более грозное выражение, глубоко вздохнул, открыл рот и... совсем некстати закашлялся. Бородатый стражник в кирасе, в очередной раз поправив свой шлем, услужливо хлопнул его по спине и радостно улыбнулся. Келлар поблагодарил его кивком головы и, сурово глядя на толпу, спросил:
      - Ну? Где угг?! Упустили-таки...
      Народ заволновался, некоторые из впереди стоящих попробовали что-то возразить, но тут вперед вылез бородатый стражник и громко рявкнул:
      - Что руками размахались?! Упустили - так молчите! Мы там с ним в темноте насмерть сражались, а вы? - он смачно сплюнул себе под ноги, выражая беспредельное презрение. - Вот господин, - он сделал широкий жест в сторону Келлара, - один боролся с уггом! - Толпа ахнула. - И сбросил его с крыши! - Толпа ахнула еще громче. - А потом, когда он обратил чудовище в бегство - вы его упустили!
      Бородатый свирепо ткнул пальцем в первого попавшегося горожанина, отчего тот испуганно отшатнулся назад и что-то невнятно пролепетал.
      - И нечего оправдываться! Мы... - бородатый собрался сказать что-то еще, но Келлар остановил его, положив ладонь на плечо.
      - Ладно уж. Удрал - так удрал! - Келлар помассировал ладонью окровавленный бок, отчего ему стало еще больнее. Он скрипнул зубами и хрипло добавил:
      - В следующий раз поймаем! Живьем.
      Толпа дружно отшатнулась, осчастливленная такой перспективой, и стала нервно оглядываться по сторонам, явно опасаясь, как бы следующий раз уже не наступил. Только вынырнувший сбоку от Келлара мальчишка очень нахального вида ехидно поинтересовался:
      - А как это угг не умер, когда с крыши упал?
      Бородатый стражник ловким, годами отработанным движением многодетного отца влепил ему подзатыльник и пояснил:
      - Это ж угг! Он знаешь какой сильный?! Знаешь как его трудно победить! - Он благоговейно округлил глаза и присвистнул. Затем его взгляд остановился на Келларе, он моргнул, расплылся в широченной сияющей улыбке и громко провозгласил:
      - Вот он! Наш спаситель! Тот, кто один победил угга! Тот, который не испугался и не побежал от опасности! - При этих словах Келлар, важно кивающий головой, внезапно поперхнулся и снова закашлялся. Бородатый вновь услужливо постучал его по спине, ободрительно улыбнулся и, взревев почти под стать уггу, провозгласил:
      - Вот он - победитель уггов! Уррра-а!
      Тут вся толпа дружно взревела и, толкаясь и наступая друг другу на ноги, кинулась к Келлару с раскрытыми объятьями и ликующими, но совершенно невразумительными возгласами. Келлар попробовал увернуться, но усталость и раны дали о себе знать, он выронил меч, потерял опору и повалился прямо на руки услужливых стражников. Радостные вопли стали еще громче, стражники подхватили уже ничего не соображающего героя на руки и понесли к городу, а вокруг, таща на поводу упирающихся и еще более напуганных, чем ранее, лошадей и размахивая бесчисленными факелами спешил ликующий народ.
      На истоптанной площадке перед замком скоро никого не осталось. Только несколько стрел, какое-то оброненное оружие, обгорелые факелы, грязь и многочисленные следы. Среди них четко выделялась неровная цепочка больших отпечатков с хорошо заметными когтями, которая, петляя и извиваясь, уходила вдаль к опушке леса, упиралась в дерево, по большой дуге огибала его и исчезала среди деревьев и заснеженных кустов. Вокруг было тихо.

Добавить комментарий

Минимальная длинна комментария 10 символов!


Защитный код
Обновить

Случайное Фото

Реклама